Art_Lost-013

Искусство кражи. Часть 4

Дек 10 • антиквариат, арт • 2653 Просмотров • Комментарии ()

Ян ван Эйк. Створка из Гентского алтаря «Праведные судьи». Ок. 1390-1441. Собор святого Бавона, Гент

Ян ван Эйк. Створка из Гентского алтаря «Праведные судьи». Ок. 1390-1441. Собор святого Бавона, Гент

Кражи антикварных икон

Таким образом, немало русских икон 17-18 веков перекочевали в зарубежные салоны антиквариата. Величину размаха разорения церквей ярко характеризует появление новых терминов «на фене». «Дрова» в воровском жаргоне подразумевали иконы, «москвички» — иконы московской школы, «мамка» — иконы, изображающие Богородицу. Запущенную правительством программу учёта художественных ценностей, ответственным за которую был назначен один из членов Политбюро Гейдар Алиев, не сговариваясь именовали «алиевской» как воры, так и искусствоведы. К сожалению, вывезенных произведений эта мера вернуть на Родину уже не могла.

Падение социалистического режима, создавая неразбериху, ещё больше усугубило ситуацию. За примерами обратимся к странам Центральной и Восточной Европы образца девяностых. Чехия: самый настоящий террор имел место в ни много ни мало, 6500 храмах и монастырях страны. Совершая грабежи, мародёры не признавали ничего святого — убили троих служителей церкви. Многие священники получили серьёзные ранения. Грабители забирали картины, драгоценности, статуэтки эпохи барокко. Потери Чехии составили более 10 процентов всего национального наследия республики. Десять тысяч похищенных предметов до сих пор находятся в розыске, числясь в базе данных полиции Праги.

Югославия: ситуация значительно хуже, и причиной тому — война. Одна только Хорватия лишилась порядка двухсот тысяч музейных экспонатов и большей части учётной документации. Собрание Государственного музея в Вуковаре, одно из наиболее значимых в стране, уменьшилось на 35 000 предметов, разграблению подверглось 250 церквей Хорватии. К слову, о войнах — они вообще дают «зелёный свет» участникам бизнес-проекта «музейная кража». Первыми сигналами о поражении США в войне с Ираком стали разорённые музеи Вавилона и Багдада, как признаки отсутствия контроля в Ираке со стороны Штатов.

Музейные кражи. Произведения «второго ряда» обретают «биографию»

Леонардо да Винчи «Мона Лиза (Джоконда)». Доска, масло. Ок. 1502-1516. Лувр

Помимо «неизвестных» произведений искусства и музейных ценностей есть вещи, зарегистрированные в каталогах, но не обладающие широкой известностью. Это этюды, рисунки, небольшие скульптуры и картины, а также археологические находки. Они могут находиться даже не в экспозициях, а в запасниках музеев. Являясь «проходными» для научных изысканий, эти предметы станут ходовым товаром на арт-рынке. В отличие от похищения какого-нибудь широко известного экспоната, кража предметов «второго ряда», скорее всего останется незамеченной долгое время. Таким образом, похищенные из запасников произведения, а также «присвоенные» прямо с раскопок артефакты существенно увеличивают оборот краденного антиквариата.

В качестве примера «заглянем» в боковые помещения Каирского музея, которые буквально заполнены древней бытовой утварью, одинаковыми рельефами и как из инкубатора вышедшими фигруками воинов. Укради такую из музея — никто и не заметит. Однако, при продаже такой статуэтки возникает проблема другого рода — в отличие от древней иконы она нуждается в истории происхождения (указании провенанса). Законодательством Египта наложен запрет на вывоз из страны древностей любого возраста. И действует он уже более века. Таким образом, египетская статуэтка дополняется фальшивой биографией, нередко придуманной профессионалами, даже с мировым именем. В начале нашего века один серьёзный американский арт-дилер был осуждён за продажу контрабандных египетских статуэток и рельефов, истории владения которыми он сам и сочинял.

Похищение мировых шедевров — классика ремесла

Кражи произведений «второго ряда» и кражи массовые — это прибыльно, эффективно и нередко безнаказанно. Однако, классическое похищение — это непременно изъятие из музейной коллекции либо частного собрания общеизвестного шедевра. Именно такие кражи получают широкую огласку, и их исполнители становятся объектами осуждения, порицания, а в ряде случаев — восхищения или недоумения. Ставший известным всему миру благодаря краже «Моны Лизы» итальянский плотник Винченцо Перуджа попался при попытке продать шедевр. По одной из версий, он был исполнителем, оказавшимся «крайним» в хорошо продуманной комбинции мошенника из Аргентины по имени Вальферно. Предполагается, что аргентинец заказал шесть копий «Моны Лизы» высококлассному поддельщику. Наняв Перуджу похитить настоящую «Джоконду» и дождавшись сенсационной огласки, мошенник продал все шесть фальшивок в частные собрания колекционеров из США. Предлагая картины покупателям, мечтавшим заполучить шедевр мирового уровня, Вальферно даже не пытался реализовать подлинник, не желая попадать за решётку. Предоставленный самому себе, с краденым шедевром на руках, Перуджа решил действовать. Предложив «Джоконду» уважаемому флорентийскому антиквару, незадачливый похититель сделал ставку на попытку убедить потенциального покупателя в том, что он возвращает национальное достояние Италии на родину. Почувствовать себя патриотом антиквар, конечно, был бы не против. Но не таким путём — становиться скупщком краденых музейных ценностей он не пожелал. Несостоявшийся покупатель сдал «продавца» в месте с «товаром» полиции. Американские коллекционеры, поняв, что обмануты, по понятным причинам предпочли не разглашать факт покупки и не предъявлять претензий. Испарившийся с внушительной суммой Вальферно рассказал журналисту об этой хитроумной махинации в тридцатые годы, незадолго до своей смерти.

Искусство кражи. Часть 1
Искусство кражи. Часть 2
Искусство кражи. Часть 3
Искусство кражи. Часть 5
Искусство кражи. Часть 6
Искусство кражи. Часть 7

Related Posts

« »